Глава 1. Эволюция взглядов на социальную работу как общественный феномен и вид деятельности.

§ 1. Исторические корни развития социальной помощи в России.

            Осуществление радикальных реформ в экономике и политической жизни, социальной  и культурной практике во всем мире показывает, что ни одно государство сегодня не может обойтись без специалистов в области социальной работы. Социальные работники помогают всем нуждающимся решать проблемы, возникающие в их повседневной жизни и в первую очередь тем, кто не защищен в социальном плане: пожилым людям, инвалидам, детям, лишенным нормального семейного воспитания, лицам с психическими расстройствами, наркоманам, алкоголикам, больным СПИДом, семьям из групп "риска", лицам с девиантным поведением и др. Они не только смягчают социальную напряженность, но и участвуют в разработке законодательных актов, призванных более полно выразить интересы различных слове населения.

            Современное понимание основ социального развития исходит из того, что социальная  политика государства должна быть направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В связи с этим важным является охрана труда и здоровья людей, установление гарантированного минимального размера оплаты труда, обеспечение государственной поддержки семьи, материнства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развитие системы социальных служб, установление государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты (среди которых особенно выделяется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и др.).

            В конце 80-х – начале 90-х гг. в России в условиях перехода к рыночной экономике, на фоне резкого изменения характера и форм социальных отношений, ломки привычных стереотипов жизненного опыта, утраты многими людьми социального статуса и перспективы развития как для общества в целом, так и для себя лично, возникли серьезные трудности, с которыми невозможно справиться самостоятельно. Возросла социальная напряженность. Все это повышает значимость развертывания социальной работы как специализированного вида деятельности, а также необходимость подготовки социальных работников разных специальностей для различных категорий клиентов.

            Хотя изучение зарубежного опыта социальной работы внесло и продолжает вносить большой вклад в теорию и практику социальной работы в нашей стране, современное российское общество не может принять целиком и попытать воспроизвести в отечественных условиях ни одну из моделей организации социальной работы, эффективно действующих в других странах. В то же время оно не может оставить неизменными те средства социальной  защиты и поддержки, которые сложились за годы советской власти. Как можно заметить сегодня в России формируется свой, специфический механизм поддержки населения, который  определяется многими факторами, в частности состоянием экономического развития страны в целом и отдельных ее регионов, наличием поликультурной среды обитания, усилением социальной дифференциации, переходом от одного типа общественного устройства к другому.

            В общественном сознании, на обыденном уровне задолго до появления социальных теорий (социологических, политических, правовых и пр.) возникали представления о способах и формах совместной жизни, единстве и соборности, общности и регуляции жизнедеятельности, правомерности и справедливости социальной дифференциации, вера в различных "защитников"  и средства такой "защиты". Естественно, что взгляды, возникающие на уровне обыденного сознания, частичного и неполного познания действительности, могли не соответствовать социальной практике в целом. Например, представления о справедливости и несправедливости, добре и зле, красоте и безобразии, возникшие в одной социальной ситуации на определенном этапе развития общественных отношений, возведенные в статус общественных ценностей, могли затем подвергаться сомнению и даже отрицаться теоретическим сознанием, оценивающим их как заблуждения определенных социальных групп.

            Для российской истории характерны причудливое сплетение традиций общинного самоуправления, совместной организации жизни крестьян и крайних форм крепостничества, самодержавное правление и извечная тяга к воле, последовательная централизация и устойчивое сообществ казачьей и беглой вольницы на окраинах огромного государства, религиозность и свободомыслие. Все это при разнообразии природно-климатических и хозяйственно-экономических условий жизни породило немало форм социальной жизни и еще более противоречивых форм ее оценок, воззрений на то, как надо жить, какими средствами защищаться, поддерживать слабых и убогих. Долгие годы в народном сознании были широко распространены достаточно иллюзорные представления о действенности защиты интересов народа в действиях "благородных разбойников", позднее через практику заговоров "критически мыслящих личностей", готовых бороться с "тиранами" тираническими средствами. В таком настроении проявлялся не только потенциал стихийного социального протеста – этому отдали дань многие отечественные мыслители (Желябов, Перовская, Бакунин, Лавров и др.). С другой стороны, достаточно сильна и длительна была традиция упования на благодетельное вмешательство царя-батюшки, доброго барина, на милосердие и благотворительность. Народничество, славянофильство, западничество, коммунизм – эти социальные идеи и вытекающая из них практическая деятельность, зародившаяся в XIX  веке, во многом определили судьбу России в ХХ в.

§ 2. Благотворительность в России как социальный феномен.

            Истоки социальной работы восходят к благотворительности, существовавшей на всех этапах развития общества. Историки находят корни сострадательного отношения к ближнему еще в обычаях восточнославянских племен. С. М. Соловьев отмечал, что в отличие от воинственных германцев и литовцев, избавлявшихся от "лишних, слабых и увечных" сородичей, истреблявших пленных, наши далекие предки были милостивы к старым и малым соплеменникам, а также к пленным, которые по прошествии известного срока могли вернуться в родные места или "остаться жить между славянами в качестве людей вольных или друзей". Они привечали и любили странников, отличались редким гостеприимством.[1]

            В Х в. возник и долго существовал институт нищелюбия, который отождествлялся с человеколюбием. Главной христианской заповедью стала любовь к ближнему: "Любовь к ближнему полагали прежде всего в подвиге сострадания к страждущему, ее первым требованием признавали милостыню", - писал В. О. Ключевский[2]